Глава 1 | Reports from 2001
Pepito Avellaneda
Система Orphus

Sunderland

"Those ‘potranca’ girls, they got you crazy!"
"Эти девчонки ‘potranca’, тебя с ума свели!"
-Malena

Среда, 19 декабря 2001 г., 2:40: ("Potranca" означает скаковая лошадь на castellano.) Прошлой ночью мы посетили Sunderland. Сначала я был на уроке у Osvaldo Natucci в El Beso, а затем в 11 вечера мои девушки-соседки должны были заехать за мной, и вместе мы собирались отправиться на окраину города. А пока же я проводил время в нашей компании квартирантов. Malena, местная Porteña, – профессиональная танцовщица народных танцев (она обучает Аргентинскому народному танцу Chacarera), но она плохо знакома с танго. Она преподала мне один урок Chacarera, и танец мне очень понравился. Он очень атлетичный и страстный, но вряд ли знание этого танца может пригодиться мне дома в Tucson. Другая моя соседка – Renee, симпатичная юная девушка из Сан-Диего, она танго-инструктор и инструктор по сёрфингу. Её яркая внешность калифорнийской блондинки, похоже, сводит с ума каждого встречного аргентинца, так что телефон в нашей квартире звонит постоянно.

Урок у Natucci прошёл очень хорошо. Я рассказал ему о своих проблемах, о том, что временами теряю уверенность в себе. Выяснилось, что это не просто психологические проблемы. Всему виной недостатки в базовой технике, которые заставляют меня чувствовать себя крайне неуклюже на танцполе в окружении всех этих великолепных танцоров. Я здесь тружусь в поте лица над своей техникой, ежедневно тренирую шаг, беру уроки, не говоря уже о том, что постоянно танцую на многолюдных милонгах. Я большую часть своей жизни занимаюсь спортом и знаю сколько труда нужно приложить, чтобы обучить тело новым способам движения. Попытки фундаментальным образом изменить то, как я двигаюсь в танце, полностью выбили меня из колеи. Временами мне уже начинало казаться, что эти плохие танцевальные привычки настолько во мне укоренились, что мне уже не удастся их преодолеть... я и по сей день не уверен, что полностью избавился от этих страхов. Не забывая, тем не менее, об этих опасениях, я всё же рискну ещё немного похвастаться перед вами и рассказать о том, как у меня получилось обрести уверенность в танце.

Похоже, что способ ходьбы «кот-цапля-слон-орёл» действительно работает, и я теперь начинаю чувствовать себя в шаге более уверенно. Плюс к тому, думаю, исключительно благодаря волевым усилиям, мне удаётся удерживать правильную постуру. Всё наконец встало на свои места, ну, по крайней мере, на пару часов занятий в классе. Сначала Natucci включил музыку Pugliese и поставил мне в пару старшую из сестёр "potranca", которая является его партнёршей по обучению и танцам. Я уже рассказывал насколько легко с ней танцевать. Natucci строит обучение так: он наблюдает за нашим танцем, затем совещается с сестрой, потом вносит корректировки и замечания. Нет никаких попыток обучать или показывать новые связки шагов, ну, по крайней мере, пока. Часто, не успел ты протанцевать и десяти секунд, тебя останавливают. Мы начали танцевать, и я сразу почувствовал, что танец у меня получается. Я и в самом деле впервые ощутил, что у меня здесь получается танец. На стене были зеркала, и я видел, что танец и смотрится хорошо. Ощущения были настолько хорошими, что я перестал беспокоиться о том, что думают обо мне окружающие, я смог почувствовать звучание Pugliese, хотя обычно я даже не пытаюсь танцевать под его музыку. Если у вас всё в порядке с постурой и хороший контакт в паре, вы способны ощутить партнёршу даже тогда, когда Pugliese «выдёргивает ковер у вас из под ног», двигаться медленно, давая ей возможность украситься. Когда у вас получается хороший шаг, вы можете начать вести грудью, как только ускользающий ритм Pugliese возвращается вновь. Все оказывается на своих местах. Мы станцевали два раза, а Natucci коршуном кружил вокруг нас, отслеживая наши перемещения, подобно рефери на боксёрском ринге. В конце танца лицо прекрасной сестры озарилось улыбкой, и она воскликнула: "Que porteño!”. Какой же огромный для меня комплимент; я поблагодарил и обнял её. Последовал молниеносный обмен фразами между ней и Natucci, и она всё отрицательно качала головой и повторяла: "No, no, bien, bien. Aprende bien." ("Нет, нет, он хорошо всё понял"). Одна из женщин в клубе, с которой я тоже танцевал, подошла и улыбаясь обняла меня. Должно быть, я успешно прошёл некий тест на «профпригодность», поскольку младшая из сестёр "potranca" вдруг подошла ко мне и сказала «Он хотеть увидеть все твой шаг». "Todos los pasos?" ("Все шаги?") "Si. Todos. Todo coreografia" ("Да все. Всю хореографию"). Я не хотел им говорить, что никаких других шагов я в общем-то и не знаю. В течение следующего часа занятий я попытался показать несколько движений, которые я позаимствовал из видео Tete и уроков Anna Maria. Natucci поправил у меня несколько моментов, но занятие становилось настолько утомительным, что я не был в состоянии танцевать с сёстрами более 10 минут подряд, приходилось приседать и отдыхать. Natucci видел это, улыбался и делал мне руками знак тайм-аута. Девушки приехали вовремя, в 11 вечера (удивительно!), и я в тайне надеялся, что они застанут меня красующимся в танце с одной из сестёр, но к моменту их появления я мог лишь с усталой улыбкой на лице сидеть и ждать. Когда я только прибыл в Buenos Aires, моё танцевание не произвело особого впечатления на Renee, и она давным-давно списала меня со счетов, обратив свой танцевальный взор на местных крутых тангеро, которые не дают ей прохода. Malena же, которая не знакома с танго, услышав, что я беру уроки продвинутого уровня в El Beso, решила было, что я танцую хорошо... до тех пор, пока мы не оказались в клубе, а она за столиком с одной своей подругой, танцовщицей танго-шоу. [Примечание: я узнал позже, что её подруга оказывается – дочь легендарной Maria Nieves!] И пока я пыхтел на танцполе, её подруга указала на как минимум 15 вещей, которые я делаю неверно. Так расправились с моим авторитетом в танце.

Мы втиснулись в машину, и Malena повезла нас в Sunderland. Езда с ней – это сплошное опасное приключение, постоянные аварийные ситуации, визг, перебранки и жестикуляция со встречными водителями. Но здесь все так ездят. Однажды она приболела, и мне пришлось сесть в её старую потрёпанную машину (машиной к тому же очень сложно управлять) и отвезти её в госпиталь на другой конец города, и это было просто страшно. Я осторожно держался края дороги, стараясь не попасть под снующие повсюду грузовики, летающие такси и автомобили с безумными посетителями ночных клубов. Я не шучу, однажды, возвращаясь на такси из Catedral, мы набрали скорость 70 миль в час по спидометру. И похоже, такое здесь в порядке вещей. Malena рассказывает, что футбольные хулиганы покупают пакеты с молоком, наливают туда дешёвый алкоголь, сыплют пригоршню таблеток с амфетамином, пьют это пойло на матче и потом избивают друг друга до полусмерти. Она думает, что и наш водитель таксист наглотался этой дряни.

По пути мы остановились, чтобы подобрать Juan Carlos-а, он вхож на милонги, общается с Carlos Cappello и Gavito. Его статус в танго-сообществе настолько высок, что он был ведущим в большом выступлении Zotto на прошлой неделе в Niño Bien. Он любит Renee, девушку из Сан-Диего, и замечательно то, что находясь в его обществе, нам не нужно платить за вход на милонги. Он был на своей машине, а мы ехали следом, но он постоянно терял дорогу. После того, как мы три раза подряд пересекли один и тот же перекрёсток, я поинтересовался у Malena, почему он не остановится и не спросит у кого-нибудь, как проехать. "О, он не может ни у кого ничего спрашивать, он же MILONGUERO!" – ответила она и закатила глаза, как это делают женщины всего мира, когда описывают поведение мужчин. Она дополнила перевод слова milonguero ещё одним значением... «Идиот»!

Мы в конце концов отыскали Sunderland, порядком покружив среди красивых домов района Belgrano. На тихой пригородной улице расположилось интересное здание с кафе/баром при входе и залом, ведущим в старый баскетбольный зал в задней части строения. Здание довольно знаменито, хотя играть в баскетбол на скользком плиточном полу, должно быть, весьма опасное занятие. И тут нам открылось прекрасное зрелище. Была абсолютно беззаботная атмосфера, не очень многолюдно, и танцевали пары разных возрастов, многие из них пожилые. На танцполе царило потрясающее разнообразие стилей и форм танго. Пары невысоких старичков передвигались дрожащими шагами по танцполу в никому доселе неизвестном стиле. В одной из пар мужчина выставил вверх большой палец левой руки, за который ухватилась его миниатюрная партнёрша, и они, дёргаясь и подпрыгивая, начали двигаться по полу. Было похоже, что таким образом они танцуют уже 60 лет подряд. Когда мы вошли и заняли свои места, ведущий объявил о прибытии Juan Carlos. Juan Carlos много смеялся и указывал мне на интересные вещи, проделываемые на танцполу. Было очень расслабленное состояние, и я не чувствовал того впрыска танго-адреналина, которым у меня обычно сопровождается подъём по лестнице на одну из запруженных милонг центра. Мы сидели за столиком и беседовали, пока Juan Carlos ужинал, и вдруг Renee попросила меня о танце. Я был удивлён, поскольку мы общались уже недели три, а потацевали всего однажды, в самом начале. Она прекрасно танцует, и я знал её не самое высокое мнение о моём танцевальном мастерстве. У нас к тому же разные стили танцевания. Она невысокого роста, не наклоняется корпусом вперёд, но на танцполе было достаточно свободно, я был расслаблен, так что всё было нормально. Следом она потанцевала с Juan Carlos, а затем поведала мне кое-что интересное. Она танцевала с ним уже несколько недель подряд в разных местах города, но это был первый случай когда он занервничал. Он – профессиональный milonguero, но в нём чувствовался страх сцены! Я повнимательнее вгляделся в лица людей за столиками, и внезапно понял, что многие из них знакомы мне по старым документальным фильмам об Аргентинском Танго. Мне нравилось, как танцует один молодой парень, и я узнал в нём Gustavo Naveira. Juan Carlos стал перечислять имена присутствующих, и вдруг до меня дошло, что я танцевал свои расслабленные танцы в окружении живых легенд Аргентинского танго! И при этом я ещё умудрился дважды столкнуться! Я начал смотреть на танцующих несколько другим взглядом, и, внезапно в этом старом спортивном зале душа и сердце Аргентинского танго оказались совсем рядом со мной.

Пожилые пары были удивительны. Я смотрел на их лица и пытался представить чему им довелось стать свидетелями в этой жизни. Мужчины были в прекрасно сидящих костюмах, с аккуратными причёсками, одеты с иголочки. Рядом с нами был столик, за которым сидела группа пожилых мужчин. Мне настолько была по сердцу их компания, что просто-таки хотелось к ним присоединиться. Они смеялись, пели под музыку и вообще всячески подшучивали друг над другом. Они то и дело беспокоили отдельные пары, которые оказывались поблизости от их столика. Трогали края пиджаков проходящих мужчин и игриво ухватывали женщин. На что женщины с возмущением делали вид, что готовятся залепить им пощёчину, но в итоге всё заканчивалось поцелуем. А потом и мужчины целовались друг с другом. (Эти Аргентинские мужчины только и делают, что обнимаются и целуют друг друга. Я тоже как-то раз поцеловал своего парикмахера, когда он меня удачно подстриг... но это уже другая история). Пары время от времени делали приветственные жесты и перебрасывались фразами с сидящими за столиками, а также с другими танцующими. Я знаю людей, которые всегда танцуют с суровой гримасой на лице, будто бы они отправились на войну, и их очень расстраивает, когда кто-то начинает отвлекать или говорить с ними, они утверждают, что таковы традиции танцевания танго в Buenos Aires. Очередной миф. Было так замечательно, а ещё несколько пожилых пар устроили показательные выступления. Но я как всегда забыл взять с собой видеокамеру.

Но не обошлось и без одной танго-драмы. В качестве главного выступления был запланирован танец Gustavo Naveira, ему предстояло блистать на танцполе на виду у легенд танго. Но в последний момент организаторы также предложили включить в программу вечера выступление Javier & Geraldine (популярная в Buenos Aires молодая пара, танцующая сценическое танго). Предложение было принято, и юная энергия танца этой пары вызвала восторженные аплодисменты публики, что, похоже, было воспринято Gustavo Naveira, как оскорбление. Об этом я узнал позже, из рассказа Juan Carlos, и, по его словам, они серьёзным образом нарушили танго-этикет, согласившись принять это приглашение в ночь, когда выступал Gustavo Naveira. В районе 4-х утра мы решили вернуться в город и пойти на милонгу La Viruta. Я уже сильно устал, и попросил водителя не уезжать, пока я схожу и посмотрю, что происходит на милонге, поскольку предполагал, что вероятнее всего сразу поеду домой. Он сказал что-то о Salon Canning, и я ответил – нет, нет... и назвал ему адрес моей квартиры, думая, что он решил везти меня в Canning. Но оказалось, он говорит о том, что однажды уже отвозил меня домой из Salon Canning и знает мой адрес. Мы прошли на милонгу (не заплатив благодаря присутствию Juan Carlos), там было полно народу, но я был уставшим и ушёл. В ситуации, когда в любом такси может оказаться водитель-бандит, планирующий похитить тебя ради выкупа, полезно знать своего таксиста в лицо. Это была моя вторая поездка с этим таксистом, и хотите верьте, хотите нет, ещё один таксист, специализирующийся на перевозках танцующих людей, случайно попадался и отвозил меня целых 3 раза! Я запомнил его номер – Radio Taxi 449. Так что, если будете в Buenos Aires, вызовите его. Он заставляет меня говорить с ним вместе фразы на Castellano, мы с ним обсуждаем танго, экономику, приключение Malik в Патагонии (не волнуйтесь леди, он сумел оттуда вернуться!) и дешёвое круглосуточное заведение, которое мне показывала Malena, на углу Combate de los Pozos и San Juan, где питаются водители.

Пока всё.

Глава 1 | стр 3
С замечаниями, предложениями, благодарностями ;-) по переводу книги обращайтесь к Ивану Якушеву, Анне Курындиной и Андрею Саплину