Глава 4 | Вначале было слово...
Система Orphus

El Bulín de la Calle Ayacucho

Танго родилось в южной части Buenos Aires, но быстро распространилось по всему городу. Вот известное танго о квартире в фешенебельном районе 1920-ых годов Recoleta:

EL BULÍN DE LA CALLE AYACUCHO, Troilo con Fiorentinoá


The bulín on Ayacucho Street,
that I rented when I was young and wild…
the bulín where the guys would drop in
at night to play cards and gamble.

The bulín where so many of the boys
in those tough times,
found food and a place to sleep...
feeling desperate, as if they would cry.

The primus stove never failed me...
it was loaded with fuel,
and there was always hot water...
mate was the thing there.

There was always a guitar,
shiny and well tuned,
and a playboy with a nasal voice,
who dreamed of becoming a singer.

El bulín de la calle Ayacucho,
que en mis tiempos de rana alquilaba…
el bulín que la barra buscaba para caer
por la noche a timbear.

El bulín donde tantos muchachos
en sus rachas de vida fulera,
encontraron marroco y catrera...
rechiflado, parece llorar.

El primus no me faltaba...
con su carga de agua ardiente,
y habiendo agua caliente...
el mate era allí señor.

No faltaba la guitarra
bien encordada y lustrosa,
ni el bacán de voz gangosa,
con berretín de cantor.

Buenos Aires – огромный и дорогой для жизни город, поэтому зачастую большие семьи селяться малюсеньких квартирках. И в отличие от США, где дети часто рано начинают жить самостоятельно, снимая собственное жилье или уезжая в другие города учиться, молодые аргентинцы проживают со своими семьями. В дни, когда это танго было написано, когда в одной квартире вместе жили несколько поколений, bulín называли небольшую квартирку, которую снимали несколько молодых людей, чтобы начать самостоятельную жизнь, рождая новое поколения аргентинцев.

На первый взгляд это кажется простым танго - лишь несколько ностальгических строк о месте, где люди встречались и наслаждались обществом друг друга. И заканчивается строками о молодом человеке, который пытается петь "berretin" (упорно, упрямо) с "voz gangosa" (гнусавый акцент). Вроде бы не особенно грустная история... Так почему кажется, что слова и музыка, передают какое-то чувство потери? Потому что, в исполнении Troilo в этом танго звучит только первая часть полного текста.

Но есть и вторая часть! В ней мы вдруг оказываемся в холодной, пустой комнате. Ни ковра, ни света, нет друзей, собравшихся вокруг мате. Только горькие воспоминания о предательской зимней ночи, когда молодая девушка "взлетела на небо": Una noche de invierno fulera, hacia el cielo de un vuelo se fue.

Наконец, танго заканчивается словами: El bacán de la rante alegría está seco de tanto llorar.

Вот мы и знаем всю историю. Мы понимаем, что bacán, упомянутый в конце танго (щеголь, пижон, плейбой), это сам рассказчик. А его трагедия потери возлюбленной похоронила и bulín на улице Ayacucho и его мечты о пении танго. Его некогда счастливый голос стал "сухим от крика" "seco de tanto llorar".

Наверняка многие аргентинцы старшего возраста, танцующие вокруг нас на милонгах, знают всю эту историю целиком. Они то понимают, отчего это танго так печально. А теперь это знаем и мы.

Комментарии:

1. Bulín, упомянутый в этом танго, находится по адресу Ayacucho 1443 (Ayacucho y Pena). Кто бывал в клубе El Beso, знают что он на Riobamba y Corrientes. Если пройти квартал на запад к Ayacucho и десять кварталов на север, вы окажетесь именно там.

2. Для описания времени когда рассказчик был молод и снимал квартиру, автор использует фразу "в мою бытность лягушкой" (en mis tiempos de rana).

3. Мы не знаем как и почему умерла девушка, но в то время, в отсутствие современной медицины, смерть молодых людей от болезней и инфекций, вероятно, не была редкостью.

4. Интересно, что самым известным voz gangosa был, вероятнее всего, Alberto Castillo, хотя, возможно, он немного преувеличивал свой уличный акцент, ведь фактически он был хорошо образован — врач из преуспевающей семьи.

****
Глава 4 | стр 24
С замечаниями, предложениями, благодарностями ;-) по переводу книги
обращайтесь к Анне Курындиной и Андрею Саплину